Как быть отцом если своего не было

Как быть отцом если своего не было — вопрос, который мужчина задаёт себе обычно не сразу. Сначала кажется, что справится: ну не было и не было, разберусь по ходу. А потом ребёнок делает что-то, на что надо реагировать, и внутри пусто — ни готовой реакции, ни примера, ни ощущения, что вообще надо делать.

Я гештальт-терапевт, веду мужское сообщество. Разберу, что на самом деле передаётся от отца к сыну, — и почему из отсутствия образца следует меньше, чем принято думать.

Что показало исследование

Тут есть работа, которая мне кажется недооценённой, — «Яблоко от яблони» в журнале Sex Roles.

Авторы взяли данные большого австралийского опроса: 839 пар подростков пятнадцати-двадцати лет и их отцов. И тех и других спрашивали об одном и том же — двадцать два пункта о том, что для них значит быть мужчиной: важность работы и статуса, отношение к проявлению эмоций, одобрение риска и агрессии, представления о доминировании.

Результат оказался чётким. Связь между взглядами отцов и сыновей обнаружилась почти по всем пунктам. Отец с более традиционными представлениями — сын с более традиционными. Отец с менее традиционными — сын с менее традиционными.

Сильнее всего совпадали три вещи: одобрение насилия, важность выглядеть гетеросексуально и желательность нескольких сексуальных партнёрш.

Пункт, который не передался

А теперь то, ради чего я вообще взялся за этот текст.

Из двадцати двух пунктов один связи между отцом и сыном не показал. Это был пункт «я никогда не прошу о помощи».

Мне эта деталь кажется важной по двум причинам.

Первая — она показывает, что передача не тотальна. Существуют части мужской роли, которые сын не считывает с отца, а собирает откуда-то ещё: из среды, из своего опыта, из собственных решений. Значит, механизм не фатальный.

Вторая касается напрямую тех, у кого отца не было. Если самодостаточность — установка «справляйся сам» — не наследуется от отца, то она приходит из более общего фона. Из культуры, из школьного двора, из молчания вокруг. И тогда мужчина без отца находится ровно там же, где и мужчина с отцом: этому его научил не он.

Что из этого следует практически

Первое: перестать искать в себе дыру. Типичный ход — «мне нечего дать ребёнку, потому что мне не дали». Данные говорят о передаче взглядов, а не о наличии или отсутствии способности. Способность быть отцом не является наследством.

Второе, и оно неожиданное: отсутствие образца имеет обратную сторону. Мужчина, выросший с отцом, воспроизводит его модель во многом автоматически — она стоит по умолчанию и включается в стрессе. Тому, у кого образца нет, ставить нечего, и он вынужден выбирать сознательно. Это тяжелее, но чище.

Третье: у вас образец всё-таки есть, просто негативный. «Я точно не буду орать, как он» — рабочий ориентир, но неполный: он говорит, чего не делать, и молчит о том, что делать. Дыру между «не как он» и «а как» приходится заполнять отдельно, и это не происходит само.

Четвёртое, самое практичное: подсматривать. Не у идеальных отцов из интернета, а у живых людей рядом — как они разговаривают с детьми, что говорят, когда ребёнок плачет, как отказывают. Это ровно то, что даёт отец, и это можно добрать во взрослом возрасте, если есть где смотреть.

Ловушка компенсации

Отдельно про то, что вижу чаще всего.

Мужчина, у которого не было отца, часто ставит себе планку не по силам, а по компенсации: я буду тем отцом, которого не было у меня. Всегда рядом, всегда терпелив, никогда не срываюсь.

Планка недостижимая, и попытка её удержать заканчивается предсказуемо — усталостью от отцовства и виной, которая делает всё хуже. А ребёнку, между прочим, нужен не идеальный отец, а предсказуемый и присутствующий.

И вторая форма той же ловушки: страх повторить. Мужчина настолько боится оказаться похожим на своего, что при первом же срыве делает вывод «во мне то же самое» и отдаляется от ребёнка на всякий случай. Отдаление вредит больше, чем срыв, за которым последовало возвращение и разговор.

Что делать со своей историей

Скажу честно: разобраться с отсутствующим отцом самостоятельно получается редко.

Не потому, что это сложно интеллектуально. Потому что там обычно лежит не «нехватка информации», а злость, которую некуда деть, и печаль, которую мужчина сам себе не разрешает. И то и другое всплывает как раз тогда, когда появляется собственный ребёнок.

Это одна из тех тем, где работа со специалистом даёт результат быстро. И одна из тех, которые хорошо звучат в группе других мужчин — потому что там выясняется, насколько это распространённая история.

Когда стоит к специалисту

Если при мыслях о своём отце поднимается злость, с которой непонятно что делать. Если вы поймали себя на том, что боитесь оставаться с ребёнком наедине. Если появилось стойкое ощущение себя плохим отцом, которое не проходит. Если состояние тянется месяцами и захватило сон, работу и настроение.

И отдельно: если возникают мысли навредить себе или ребёнку. Это повод обратиться сегодня.

Частые вопросы